Красноярский район

Ликвидация

Лес для жителя села Красный Яр Михаила Александровича Савельева не просто «зеленый друг». Лес – это целая философия жизни, когда каждый год он возвращается из зимнего небытия и дарит новые жизненные силы. Ощущение этой животворящей силы дает настрой герою этой зарисовки, который при всей мирности своей профессии, а был Савельев инженером охраны и защиты леса, лично прошел одно из самых трагических событий в истории страны второй половины прошлого века – ликвидацию последствий на Чернобыльской атомной электростанции (ЧАЭС)…



Открытый человек

Журналистская стезя с Михаилом Александровичем сталкивали меня не раз. Его жизнерадостный характер с лихвой перекрывал те недомогания, которые присущи человеку, прошедшему горнило ЧАЭС и «нахватавшемуся радиков». Всегда мы говорили о лесе, о тех показателях, которых добивался Красноярский леспромхоз. И действительно, человеку, увлеченному своим делом, недосуг рассказывать о личном. И все же…

Отец Савельева – Александр Алексеевич – всегда был «при лесе», точнее, при конях, которые были при лесхозах. Так было и в Хворостянском районе, где в семье Савельевых появился сын Михаил, так продолжилось и в Красноярском районе, куда многодетная семья перебралась для работы в местном леспромхозе.

Так как мама – Валентина Ивановна – занималась воспитанием детей, то доходы были скромные, и учеба в Бузулукским лесном техникуме для Михаила Александровича с очной формы быстро превратилась в заочную, так как надо было помогать семье. Первая должность студента Савельева – мастер лесозаготовок.

В то время лес был одной из существенных статей экономики района, так как за год заготавливали свыше 74 тысяч кубометров леса! Этот объем сегодня смотрится фантастической цифрой… Но лес не только рубили. В те годы появились новые насаждения, которыми сегодня славится Красноярский район. И это стало заботой инженера охраны и защиты леса Савельева, который отвечал и за санитарное состояние насаждений.

- Лес давал и дает мне силы, хоть я уже на инвалидности, - говорит Михаил Александрович. – Я свое время мог свободно по снегу «привязать» косулю. Это значит догнать лесного зверя. Тогда на моем здоровье «и пятнышка не было»…

Именно отменное здоровье и сыграло злую шутку в судьбе Савельева.

Орден через 15 лет

2 февраля 1987 года разделило жизнь не только самого Савельева, но и его семьи на две части. Привычные военные сборы для воинов запаса вылились в командировку на войну. Войну невидимую. Главным врагом была «невесомая радиация». А военные сборы привели на ликвидацию последствий на Чернобыльской атомной электростанции.

Как вспоминает Михаил Александрович, это был специальные военные сборы для сорокалетних мужчин, у которых отменное здоровье, есть дети и «чистая биография». Нам не сказали, что конечной точкой дислокации станет Чернобыль…

- Получилось так, что своим здоровьем мы закрыли самую страшную радиационную трагедию XX века, - с грустью вспоминает герой этой публикации. – Многих из моих друзей, кто попал в это горнило, уже нет в живых – Алексей Яблонский из этого скорбного ряда. Многие очень сильно болеют, как Георгий Раков…

Жесткость ситуации, в которую попали ликвидаторы, заключалась в отсутствии защиты от невидимого врага. Так как сборы «резервистов» были военные, то в очаг аварии солдаты шли в обычных гимнастерках. Такая вещь, как респиратор от пыли, в расчет не бралась.

«Командировка на невидимую войну» для Савельева длилась с 2 февраля по 28 марта 1987 года. На мой вопрос, что определяло сроки пребывания на ЧАЭС, я получил ответ, который подтверждает жесткость ситуации.

- Пока не наберешь определенную дозу облучения… - ответил Михаил Александрович. - Получив задание от командира, мы отправлялись на взорвавшуюся станцию. Наше подразделение базировалось в селе Ораное в 30 километрах от ЧАЭС. Смена длилась 30 минут. Надо было «бетонировать» фонивший радиацией огромный подвальный отсек 3-ого энергоблока, залитого радиоактивной водой со взорвавшегося 4-ого энергоблока. Мы воочию видели, где проходит граница опасности – это была отметка уровня поднявшейся воды. Здесь мы работали ВРУЧНУЮ!!! Орудием борьбы были ведра с раствором бетона…

- Когда вы впервые поняли, что радиация достала вас?

- Это заметил не я. Мы вообще не жаловались начальству. Но вот какой случай произошел. На станции есть такое помещение – комппенсаторная. Там отбойными молотками мы сбивали плитку на захоронение. И вот возвращаясь «со смены», шедший за мной офицер произнес страшную фразу: «Савельев, ты в наряд больше не идешь…» Ему, шедшему сзади, было видно, как меня качает. Значит, «радиков» в моем организме накопилось с лихвой. Даже существует такое понятие как накопленная доза радиации.

Меня поразил не только откровенный и спокойный тон Михаила Александровича, но и страшная своей официальностью сухостью запись в военном билете, где указана цифра облучения старшины Савельева.

- Хочу заметить, что в абсолютном большинстве ликвидаторы в сложнейших экстремальных ситуациях мужественно выполняли поставленную задачу, сохраняя при этом чувство человечности, патриотизма и порядочности, сознавая тяжесть беды постигшей страну, - заступается за своих друзей Савельев. - В конечном итоге, после тяжелых изнурительных работ с постоянными непредсказуемыми ситуациями, труд всех ликвидаторов увенчался успехом...

Правда, высокая оценка их подвига пришла годами позже. Вернувшись домой, Савельев продолжил работу в Красноярском леспромхозе. Только в 2001 году Указом Президента В.В. Путина он был удостоен ордена Мужества за №52086! Это номер простого человеческого подвига…

Виктор ШЕВЦОВ.

Фото автора и из архива Михаила САВЕЛЬЕВА.

Теги

Похожие новости

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Написать свой комментарий:

Экспертиза выполненного проекта, как принято считать, упорядочивает пресс-клиппинг.

Яндекс.Метрика

Партисипативное планирование без оглядки на авторитеты изменяет культурный бренд.